Из цикла “AG Возвращение музыки” – Unzipped classical music, Schumann “Symphonic Etudes”. Еtude 7. Part 10

К этому “воплю радости жизни” я хочу только добавить, что крик радости (совершенно “тевтонский”) этот у Шумана всеобъемлющ. Метафизичен. Очень глубок. Музыка, если она “гениальна”, имеет свойство говорить “обо всём и сразу”. То есть в этом “этюде” есть и “упоение в бою”, в котором, по меткому замечанию поэта, “бессмертья может быть залог”. Как, и в “бездне мрачной на краю и аравийском урагане”, по замечанию того же поэта.

Но, это и созидание, и, даже, если хотите “вопль сексуального счастья”, ну хорошо, снизим немного градус “откровенности эпитета”, пусть будет “любовный экстаз”. То есть, здесь Шуман дал именно всеобъемлющий “экстаз бытия”. То самое чувство счастья, ощущение вечности, свободы, радости и бессмертия, “волшебные ощущения”, о которых тот же талантливый поэт сказал – “и счастлив тот, кто средь волненья, их обретать и ведать мог”.

Ну вот и всё, чем я хотел предварить это маленькое музыкальное чудо.

0.22 Совершенно изумительный, очаровательный, опять шутливый Шуман, который только единственный из всех композиторов мировых, из всей нашей истории сумел превратить жанр и форму токкаты, обогатить ее содержанием. Потому что токката – это всегда было нечто акцентированное, моторное и, как правило, то, на чем мы заостряли нашу технику или просто наше ритмическое ощущение.

Шуман превращает токкату в бесконечную Глорию труду и радости бытия. Никому, никогда не удавалось. Как он это наполнил таким содержанием, я не понимаю. И это невозможно проанализировать, потому что это не в нотах. Это в духе. Здесь обычные фигурации токкатные. Но их комбинации и цепочки выстроены таким образом, что мы начинаем улыбаться. И чувствовать радость бытия, радость жизни, радость труда.

У него то же самое есть в «Юмореске», но не так ярко выражено, как здесь. Но, во всяком случае, он всю жизнь шел именно к тому, чтобы…Наверное, это мог только выразить немецкий гений, потому что это все – таки немецкое отношение к труду, как к радости бытия. Мне кажется, во всяком случае, это мое мнение субъективное, мне кажется, что ни одна национальность не выразила в себе такое отношение к труду, как немец, когда труд становится смыслом жизни и радостью бытия.

Вот смотрите – простые комбинации обычных аккордов. Он просит: sempre brillante, – очень блестяще. (2.28 – 2.33) – это первая фраза нашей темы смерти (2.37 – 2.38), только выраженная в мажоре и разбитая на аккорды. Дальше мы видим вторую фразу, которая перекликается (2.49 – 2.54). Объединяя их вместе, мы получаем гимн жизни, здоровью и труду, основанный от темы смерти.

Шуман поступенно превращает свою идею, материализуя ее, превращает ее в жизнь. Тема смерти становится темой радости бытия, темой радости труда, темой радости жизни и созидания (3.22 – 3.32). Да еще и наполненная таким юмором, что в каждой фигурации здесь спрятан какой – то хохоток. По – другому я не могу сказать. Послушайте : (3.43 – 3.52).

Дальше тема развивается (3.54 – 3.58). И вот тема смерти, только в мажоре, – она становится темой бытия (4.03 – 4.10). Вот видите (4.11 – 4.13). То есть, это у нас (4.14 – 4.17). И вот она во что превратилась ( 4.19 – 4.24). Да он еще и с юмором, делает модуляцию на ступень, то есть, он не модулирует, а просто смещает (4.32 – 4.35), утверждая тему в другой тональности (4.36 – 4.39). Да выходит из этой темы с таким замечательным смехом.

Обратите внимание, музыканты должны показывать это, мы должны все хохотать здесь действительно от счастья бытия, потому что такая музыка (4.50 – 4.52). Смотрите (4.52 – 4.55) – вот здесь скрыт юмор, в восьми нотках, после буквально Глории (5.04 – 5.08). Это действительно совершенно комическое, юмористическое в позитивном смысле возвращение к прежнему материалу, вот этим хроматизмом выраженное (5.19 – 5.21). Настолько это тонкий юмор, что вы должны хорошенечко пережить это, чтобы понять, что это юмор, и юмор хороший, только очень высокий.

Итак, перейдем от этой Глории, от темы смерти, которая стала темой жизни (5.39 – 5.47). И здесь тема труда и счастья становится совершенно шутливой (5.51 – 5.59). И очаровательная каденция, где нижний (6.02 – 6.10). Это мы можем сейчас представить, что это играют действительно какие – то сумасшедшие бас – гитарные мастера. И настолько очаровательно это решено, это очень красиво может звучать и в симфоническом оркестре, если это отдать виолончелям и контрабасам. Это будет замечательно красиво звучать.

Но, опять – же, это тот самый виртуозный кирпичик, который должен только чуть – чуть сверкать через всю конструкцию этого многоэтажного здания. И ни в коем случае музыканты никогда не должны показывать, что здесь какие – то виртуозные нагрузки. Потому что, по большому счету, все эти виртуозные задачи, которые тут стоят – это, в общем – то, ерунда для современного человека. Мы уже можем еще и все удвоить и утроить, не проблема.

Итак, объединим эту красоту второй части (7.11 – 7.36). Вот такая вот замечательная Глория жизни и счастью бытия! (7.45 до окончания записи).

Text by Наталья Примазон

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s