Сколько ни говори о смыслах и содержании, ценности той или иной культуры, музыки, того или иного художественного произведения, понимания ни у кого никогда не будет, кроме тех, кто сам проделает долгий и трудный путь постижения реальной ценностей мысли, искусства, мировой культуры в целом, малочисленных реальных смыслов человеческой жизни. Постижение мировой культуры в целом дается только личным проживанием и переживанием всей мировой культуры, бесконечным взвешиванием каждой мысли, заложенной в ней.

Когда, к примеру, я говорю о глупости, пустоте и бессмысленности всей русской культуры, как выражения русского сознания в целом, я говорю не “огульно очерняя” этот культурный “национальный феномен”, а с полной ответственностью за каждое слово. В этом сознании априори напрочь отсутствует породистая, выпестованная оригинальным опытом культура. B этом культурном сознании нет ни стиля, ни класса, ни вкуса, а главное, ценного содержания и серьезных смыслов, как, разумеется, и в самом “народе”, выразившем национальное сознание в своей культуре.

Куда ни глянь в русской культуре, от литературы, поэзии до музыки и танца – там “эмоции”, “претензии”, “красивости”, патетически смешная дидактика и бесконечная игра “красками”, “словами” и “состояниями”. Играть они умеют, более того, кроме, как “играть” словами, чувствами и чужими мыслями они ничего не умеют. Беззастенчиво пустые, как русские матрешки, которые даже японцы, создавшие эту пустышку, в оригинале хотели наполнить, хоть и китчевым, лубочным, но определенным “философским содержанием”.

Как можно не понимать уже целых полтора века, что, к примеру, Чайковский, Корсаков, Рахманинов и прочие “русские реалисты” музыкального дела просто китчевые школьники-дураки, нудно и безостановочно “выливающие” на слушателя “личные эмоции”, декоративно-лубочное восприятие мира недоумками и коллизии “личной жизни” подростков, не обладающих даже элементарным художественным вкусом. В музыке которых нет ни единой стоящей философской мысли, сколько не ищи. Их музыка – дешевый лубок для низших классов людей, воспринимающих мир дурно “художественно-эмоционально”.

На том и зиждется “популярность” большинства мировых композиторов (“поэтов”, “литераторов”, “живописцев” и прочих “мастеров культуры”), на отсутствии серьезного мышления, которое так враждебно “массам”. И если Бетховен – это выразивший себя дикарь неандерталец, пытавшийся, хотя бы достичь в своих грубейших и примитивнейших музыкальных “выбросах” определенного понимания мироздания, хоть и на грубом “деревенском уровне”, то эти русские реалисты “ныли и выли” всю жизнь “о себе” и только, заливая собственной персональной примитивной вульгарностью целый мир, с радостью принявший в себя русскую эмоциональную “красивую” пошлость, потому что она легко и приятно “входит сама” в человека безо всякого труда, как всякая пошлость, безостановочно заливающая мир.

Скудному сознанию невежественного мира это “понравилось”, как кошке, которую гладят “по шерсти”. Тем более, что уровень мировосприятия и его выражения в музыке русских “помещиков-реалистов” это уровень воздействия на человеческую физиологию, вызывающий в человеке нечто похожее на “кошачье мурлыканье” и “страсти” самого дешевого животного свойства. Русская “реалистическая музыка” мало чем отличается от уровня понимания мира милого обаятельного животного. Так входит пошлость в мир, легко и “приятно”, потому что соответствует самым примитивным “этажам” человеческого существа.

“Работать” не надо, когда в тебя легко льется сладкая рафинированная пошлость, тогда как пестовать вкус и интеллект это адская работа всей жизни и дай бог к концу долгой, по человеческим меркам, жизни эту работу “оформить”, хотя бы, “в первом приближении”, дабы не сойти в могилу круглым дураком; несчастной жертвой, принявшей на веру и пустившей в душу весь мировой исторический мусор, который мир принимает за культуру, благодаря услужливым манипуляторам, всевозможным дуракам-профессорам “искусствоведам” и прочим служивым людям, псевдо-интеллектуальной профессорствующей черни, профитирующей на стремлении несчастных людей к красоте, пониманию предметов и свету.

Русская музыка это бесконечная обывательская пошлость, маскирующаяся в национальных лубочных декорациях под “оригинальность” и “своеобразие”, вызывающая умиление западного “культурного” дурака-обывателя, утомленного некоторой серьезностью редких авторов полностью выродившейся и ушедшей в прошлое бывшей “серьезной Европы”. В двадцатом веке русская музыка родила удалых иронических плакатных наглецов, вроде ярко декоративного Стравинского или пустого компилятора Прокофьева, писавшего всю жизнь на уровне киномузыки свои “атрактивные” музыкальные вирши, до сих пор поражающие слабоумного “зрителя” своей брутальной, внешне эффектной технологичностью и каскадами пустых конструкций, эффективно вoздействующих на слабый мозговой аппарат мирового музыкального обывателя.

Ко всей этой “музыкальной клюкве”, в которой поучаствовал даже единственный, но дополняющий “общую картину”, затесавшийся в “стан” русской музыкальной культуры, “декадент-наркоман”, космический дурак-эротоман и “мистик” Скрябин, которого “подняли на щит” мировые недотепы, грязнули-школяры, склонные к грубому наркотическому самоoдурманиванию самыми дешевыми способами; ко всей этой разухабистой развесистой музыкальной клюкве присоединился мастеровитый параноидальный истерик Шостакович, пришедшийся ко двору мирового обывателя, как “русский страдалец”, которого так не хватало в общей картине “русского музыкального искусства” в представлении западного “культурного дурака”.

“Завершили дело” омерзительные пустышки-компиляторы советского “кухонного интеллигенства”, вроде вульгарнейшего Шниттке и прочих Губайдулиных. За два века эклектической и очень нечистой музыкальной истории господа и дамы русские композиторы не родили ни одной мысли, зато, как всегда, замусорили всё пространство и “замутили-закружили” слабые мозги “западных простофиль”, вписавшись в “музыкальнyю классику”.

Сегодня, когда, благодаря раскрывшемуся прозрачному миру, становится очевидным бессилие людей самостоятельно мыслить, тем более осуществлять труд понимания мировой культуры на индивидуальном уровне, отчетливо и ясно видна полная культурная и интеллектуальная несостоятельность людей. Люди отдали давным-давно прерогативу “толкования красоты” и ценных смыслов псевдо-интеллектуальным халтурщикам-болтунам, всевозможным продажным лакеям-профессорам и прочим наглым шарлатанам, дебилам-школярам “искусствоведам” и прочим “ведам”.

В итоге – “имеем то, что имеем”, огромный массив “культурного мусора”, принимаемый поколениями несчастных болванов-людей за “высокую культуру” и, как результат, полностью невежественных, запутавшихся в истории “человеческих культурных масс”, уже давным-давно ничего не видящих, не понимающих, не слышащих, превращенных в мировое стадо “культурных баранов”, воспитанных и взращённых в поколениях на “культурных паттернах”, являющихся горами ядовитого мусора. Получился сегодняшний мусорный человечек, “среднестатистический” интеллигент “цивилизованного мира”. И, разумеется, тупик культуры и цивилизации шарлатанов и прохиндеев.

AG