Handel: Suite No.1 In A Major HWV 426

Интереснейшая сюита номер 1. Как и всюду Гендель резко отличается от своего великого соотечественника и одногодки Баха.
Импровизационность – доминирующая черта характера Генделя. Бах никогда не позволяет чувственному вырваться за пределы рационального. Бах всегда подчиняет все чувства композиторской логике и мастерству, музыка Баха пропущена и отфильтрована многократно “церебральным процессом”. Гендель же, наоборот старается как можно спонтаннее выбросить творческое ядро, креативную энергию. Старается почти не обрабатывать музыку сердца, отдавая приоритеты зову души, а не интеллекту. В этом, пожалуй, основное и главное различие между Бахом и Генделем. Безусловно, определяющую роль в этом различии сыграли судьбы композиторов. Бах – строго церковный слуга, Гендель – светский свободный человек, наравне с королями воплощающий свою индивидуальность, не в политике, а в музыке, но так же свободно, неподконтрольно и своенравно.

Возвращаясь к форме. Обратите внимание на прелюдию, первую пьесу, “открытие”. Это чистая импровизация. Гендель до того желает спонтанности здесь, что музыку НЕ ПИШЕТ. Прелюдия – это набор указаний автора из какой тональности в какую должен двигаться исполнитель. И всё. Текста тут нет. Я помню, мне было трудно с этим кооперироваться, тогда в 79м году импровизировать на сцене было для меня чем-то из области истории музыки, факультативное знание, не подкрепленное практикой. Я пыхтел и “барочно самовыражался” как мог.

Так что , если я сейчас или когда-либо в будущем буду играть эту прелюдию, она, конечно, будет звучать совсем по-другому. Т.е. будет совершенно другой текст.

Музыка остальных номером свежа и непосредственна, как и всё “сольное” у Генделя. Прекрасна жига – с победными кличами труб и всевозможных горнов. Тут слились в его воображении все “кличи” духовых – от военных побед, до кричащих охотничьих рогов. Довольно дикая европейская культура.

Гендель не так искушен в композиторском деле, как Бах. Разница в мастерстве и темпераменте между ними, как между Бетховеном и Моцартом. Бетховен – корневой, земной. “Саваоф”, как звал его Петр Ильич. И, как все грозные боги, немного ограничен и примитивен. Моцарт никогда не “опустится” до аматерских приемов, какими пестрит творчество Бетховена. Какое-нибудь завывание фортепиано на одном пассаже или аккорде, раздуваемое бесконечным повторением на крещендо-диминуэндо. Это очень примитивно для филигранного мастера. Мастер-композитор обрамит ту же идею в изящно сделанном фрагменте музыки в композиторском блеске и разнообразии. Но для этого надо обладать мастерством Баха, Моцарта, Шостаковича. Таких больше нет. Поэтому Бетховен “колотит” по одному арпеджио или аккорду, Гендель срывается с фуги на абрадакабрическую псевдополифонию, забывает обо всем, и закусив удила, мчится как конь по степи.

Вот такие параллели – Бетховен-Гендель. Бах-Моцарт-Шостакович.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s