Chopin: Nocturne Op.48 No.1 in C Minor

“Концерт по заявкам радиослушателей”. Помните, когда-то в СССР были такие радиопередачи?

Вот, Наташа вспомнила удивительный ноктюрн Шопена. И мне захотелось его послушать. Это запись 14-го года, когда я уже ближе подошел к новому миру нового звукового космоса Шопена. Продвижение в космосе музыки болезненно трудно. Нет ничего легче “играть красиво”, “пленяя” публику. Так же, как нет ничего легче “бури и натиска” в музыке. “Швыряния роскошной техники” в башку ошалевшего обывателя.

Самое трудное – “услышать и увидеть” цель, когда ее удается увидеть – это значит, ты понял композитора. Как человека. Не поняв во всей полноте человека-композитора, всегда будешь блуждать “на периферии” его космоса, не имея возможности попасть в него, тем более, воссоздать его в звуках и передать людям.
Видя цель (а Шопен стал мне ясен лет 15 назад), начинаешь идти к ней. Мой путь к Шопену начался с 2005го года.

И на пути начинаешь видеть то, что тебе мешает. В случае с Шопеном . мешает всё.

Ты внутренне неповоротлив, квадратен, до его тонкости тебе надо идти “зиллионы световых миль”. Твой звук соответствует его духу и образу, как мавзолей Ленина реальному “светлому будущему”. Твоя “любовь” смехотворно мелка и “неповоротлива”, твоя гибкость души из картона.Твои внутренние “миры” из папье маше. Тебе чистить “завалы души” до гроба. Твой смех подобен горилле. Твои жесты полны изящества быка на арене корриды..М-да.

Короче, такая вот вырисовывается “картинка” тебя в зеркале Шопена.
И ничего невозможно “форсировать”, как и прыгнуть в светлое будущее. Проникая шаг за шагом, фраза за фразой в мир, который ты видишь, понимаешь, ощущаешь, но куда тебе “путь заказан”, понимаешь, почему он “заказан” – потому что ты антропологический урод конца 20го века, где люди потеряли всё, что было накоплено прекрасного за тысячелетия цивилизации и культуры.

Потом, годы ежечасной работы над каждой фразой, каждым тоном, покуда они проникнут в “твою физиологию” и начнут менять тебя самого на уровне рефлексов. Твои движения становятся другими, появляются в теле и душе качества, которых не было и в помине. Меняется походка, привычки, нрав, голос, его модуляции и тембры, растет душа. Возвращаясь вновь и вновь к текстам – начинаешь видеть содержание. Затем, после того, как ты стал “вообще другим человеком”, можешь кое-что передать в музыке.

Это я о процессе, который, как думают многие несчастные музыкальные ремесленники, заключается в “интеллектуальной” работе и “мануальной перфекции”.

Людям (публике), конечно достаточно мануальной перфекции и красивого звука. Публика – ребенок, которому суют золоченую звуковую игрушку – и “он счастлив”.
У других “артистов” в наборе “игрушки деревянные, металлические и пластмассовые”. На позолоте кончается звуковой мир.

А он – даже и не начинался. Никогда, ни у кого. Он вообще лежит в другой плоскости, куда человек не доходит, не успевает дойти (жизнь коротка), не видит (слеп от рождения), не слышит (глух по определению), живя в обществе слепо-глухо-крикливых.

Но, есть, есть другие миры, есть вселенные звуков и чувства, которые ждут нас. Композиторы создали их в своем воображение, для “абстрактных инструментов”. Шопен, хотя и “пользовался” фортепиано, сам искал по часу свой “голубой звук” (по его собственному признанию и выражению), прежде чем начать исполнять хоть один ноктюрн в кругу друзей.
Чтобы создать космос Шопена, нужно создать его “голубой космос”, его “голубую планету”. Он не живет “тут”, “среди нас”. Это вам так кажется, что Шопен с нами, мои дорогие друзья из “опрощенного мира”.

Ближе к нам – “земной Лист”. Его звуковой космос не нуждается в “специальной планете”, надо лишь научится читать и передавать его “прогрессивные идеи” свободного во всех смыслах человека. Это несравнимо проще.

Но есть несколько композиторов, которые не могут жить в звуках без создания их “отдельных” звуковых планет.
Прежде всего – это Шопен. Поэтому я говорю – МЫ НЕ ЗНАЕМ ШОПЕНА. мы знаем его жалкую куклу, которой играет мир людей уже 150 лет. Его “здесь нет”.
Боюсь, я утомил читателей своими шопенистическими мыслями, поток которых бесконечен, так как пережит и осмыслен весь космос этого человека.

Итак, ноктюрн до минор оп 48.
В басах рвутся снаряды, в дискантай плачет Шопен, в средней части он ведет за собой всю Польшу, в последней части дерется насмерть.

Утопия? Да нет. Фантазия? Тоже нет. Сумашествие? Можно так сказать, с позиции “нормальных средних людей”.

Это просто – другой мир, другая планета, другой космос.

(А дама, которая снимала концерт в Женеве на планшет, так вздрогнула от первого разрыва снаряда в басах,что первые кадры у нее в планшет не поместились, так как она его уронила) 🙂

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

w

Connecting to %s