Modest Mussorgsky: Pictures at an Exhibition

Сувенир на память.

У меня возникла аддикция к М.П. и его “картинкам”. (Ничего себе “картинки”! Всю российскую жизнь обрамил в музыку, да вместе с собой, “в придачу”).

И вот, аддикция. К человеку, к которому всю жизнь был равнодушен (кроме детского периода бессознательной тяги к его полнокровным и красивым операм, пока еще не засрали кровавым поносом мозги дворняги-педагоги и всякие советские околокультурные страшилы, вроде “фиры-мили” во главе “культуры самого передового общества в мире”).

Да, оказалось, не в моем “равнодушии” было дело, а в том, что у нас грубо отсекли “красным ланцетом” рецепторы восприятия русской культуры, подменив, как и всё, суррогатами. Заменив наши души бесформенными обрубками чувств, мыслей и знаний. И еще оказалось, что души убиты не только у нас – жертв эксперимента, но и у всего мира, во многом, благодаря “русской чуме” и стильным “голубоглазым немецким блондинам”.

Мне надо было проделать адскую операцию по “выращиванию” души заново. 40 лет потребовалось. Надеюсь, у вас происходит нечто в этом роде. Очень надеюсь. Уверен, что живая музыка поможет…
На “остальной мир” мне совершенно н….ть, так же, как и на “музыкальный”. Там еще долго будет царить всеобщая лоботомия. А вот за друзей обидно, как за себя.

Прогулка

Здесь Модест Петрович представляет свой музыкальный автопортрет. Заглавная тема соответствует его душевному строю. Он отождествляет свой строй души с русским хоровым напевом. Вся пьеса посвящена обрисовке разных характерных черт автопортрета автора. Везде, где на протяжении этого произведения будет появляться главная тема или мотивы из этой пьесы – это появление автора. В разных душевных состояниях. В разных – потому что тема будет варьироваться то в минорах, то в мажорах, и в совершенно различных регистрах, в разных характерах и звучностях, соответствующих драме повествования.

Гном

В этой пьесе Мусоргский, преломляет через свое национальное сознание образ европейского гнома (с картинки Гартмана) и дает в музыке картинки и зарисовки “русских гномов”. Так как этот образ отсутствует в русской мифологии, он преломляется на национальной русской почве в различные музыкальные зарисовки образов персонажей русского фольклора, образов “нечистой силы”.

Прогулка – автор в светлом “свингующем” характере переходит и подводит нас к следующей картинке.

Старый замок

Глядя на образ средневекового итальянского замка, Мусоргский дает грустную картину ушедшей жизни, некогда бывшей в этом замке и ожившей в его воображении. Это чудесная мелодия, основана на популярных мотивах итальянских тарантелл, в частности – неаполитанской. Вся пьеса идет под аккомпанемент тамбуринов в басах. Они символизируют то танец, то пульс времени, то похоронный колокол.
Заканчивается музыкальный образ, возникший в душе Мусоргского – печальным прощальным возгласом автора. Который легко трактовать, как “Прощай жизнь”.

Прогулка – автор нарушает грустное повествование своим энергичным появлением, напоминающим манеру современного рока.

Тюильри

Мы видим зарисовку играющих детей. Они бегают друг за другом, играют (в горелки-салки), в середине пьесы мы слышим и “видим” мимолетный светлый “детский роман”.
Пьеса заканчивается детской беготней, как в начале.

Быдло

В этой трагической пьесе автор проводит аллегорическую связь между образом картинки Гартмана – волов, впряженных в телегу и тяжкой долей человека. Проецируя свою нелегкую долю на “вечное ярмо”, в котором метафизически ему представилась его собственная и общечеловеческая участь.

Прогулка – вначале автор, под впечатлением тяжелой эмоции, не может сдержать слез. Затем, как бы продолжая говорить о тяжелой жизни человека, постепенно меняет настроение и обращает всё в шутку, подводя нас к следующей действительно шуточной картинке.

Балет невылупившихся птенцов

В этой шуточной блестящей юмореске мы видим самые реалистические звуковые зарисовки большого курятника. Сценка заканчивается криком петуха.

Два еврея

Вечный конфликт богатого и напыщенного, с бедным и униженным.
Два человека – две крайности человеческих отношений. В ярко “нарисованном” еврейском колорите.

Прогулка

Автор переводит драму к финальной части и демонстрирует нам свою персону в развернутом автопортрете, как и в начале, только окрепшем внутренне.

Лимож

Вторя юмореска, после “куриного балета”.
Фантастический, иронический портрет человеческой глупости и праздности. Огромный рынок занимается сплетнями и клокочет абсурдной, “бессмысленной вербальной активностью”. Эта пьеса – эссенция юмора в музыке.

Катакомбы

Автор рисует себя в самых тяжелых и печальных мыслях о смерти. В конце пьесы он взрывается отчаянием. Затем попадает “в потусторонний мир”, где встречает умершего друга. В конце пьесы наступает душевное просветление и успокоение.

Баба Яга

Это портрет русского зла. Апофеоз всего темного, недоброго, подлого и агрессивного, что Мусоргский видит в натуре русского человека. Пьеса, олицетворяющая зло предваряет следующую финальную пьесу – выход в “вечный свет”.

Богатырские ворота

Здесь мы снова видим автора в звуках открытия пьесы, победившего страхи и невзгоды. От ужаса смерти, агрессии зла, подлости, тягот жизни автор выходит в свет и возносится духом туда, где нет ничего, кроме света. Там нет зла. Там победа добра.
Мы слышим как автор выражает свою веру через славянские молитвенные песнопения, православные колокольные звоны. Наконец, появляется сам автор в образе золотого колокольного звона. Звучит его тема (“Прогулка) в колокольном звоне. Наступает апофеоз добра и счастья”.

Полная лекция о содержании “Картинок”

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

w

Connecting to %s